Какие планы вынашивал Наполеон в отношении будущего России?

Планы Наполеона в отношении будущего России нельзя свести к одной-двум формулировкам, потому что у него было одновременно несколько уровней целей: ближайшая политико-экономическая цель (ради которой и начиналась кампания 1812 года), более широкая стратегическая цель (перестроить баланс сил в Европе), и “запасные” варианты на случай, если Александр I не пойдёт на уступки. При этом важно: в отличие от его проектов для Германии или Италии, для России у Наполеона не было детально прописанного “конституционного” плана переустройства всей страны — он рассчитывал прежде всего на принуждение к миру и на подчинение внешней политики России его системе.

1) Главная идея: не “завоевать Россию”, а заставить её снова играть по правилам Франции

Ключевой замысел Наполеона — вернуть Россию в орбиту Континентальной системы (экономической блокады Британии) и закрепить французское лидерство в Европе. После 1807 года Россия формально была союзником, но к 1810–1811 годам всё очевиднее отходила от блокады и от линии Парижа. Для Наполеона это означало: пока Россия не подчинена общей системе, его “европейская конструкция” будет шаткой, а Британия — получать торговые и финансовые ресурсы через российские каналы.

Отсюда вытекает его представление о “будущем России” в желаемом варианте:

• Россия остаётся самостоятельной империей, но внешнеполитически привязана к Франции.

• Россия закрывает рынки для Британии и поддерживает французские решения на континенте.

• Россия не мешает наполеоновским переделам в Центральной и Восточной Европе (прежде всего польскому вопросу).

2) Политический расчёт кампании 1812: “одно решающее давление” и мир на условиях победителя

Наполеон считал, что достаточно нанести армии России крупные поражения, занять политически значимый центр (он ожидал, что это заставит Александра просить мира), и затем навязать договор. В этом смысле Москва в его расчёте была не “конечной целью завоевания”, а рычагом: продемонстрировать силу и вынудить к переговорам.

То, каким он видел итоговый мир, обычно описывают так:

• Возврат России к союзу и к блокаде Британии.

• Территориальные и политические уступки России по линии польского и балтийско-черноморского направлений (в зависимости от того, насколько Александр сопротивляется).

• Гарантии того, что Россия не будет формировать антифранцузскую коалицию.

Иначе говоря, “будущее России” в наполеоновской логике — это Россия, которая не ведёт самостоятельную европейскую игру против него.

3) Польский вопрос: главный “долгосрочный рычаг” влияния на Россию

Самый болезненный пункт для Петербурга — судьба польских земель. Наполеон активно использовал восстановление польской государственности (в разных формах) как средство давления на Россию и Пруссию. Он уже имел Герцогство Варшавское, и возможность расширять/укреплять польский проект была его сильнейшей картой.

Что это означало для “будущего России”:

• Россия рисковала получить у своих границ усиленное польское образование, ориентированное на Францию — буфер и одновременно постоянный источник угрозы (и военной, и политической).

• В случае успешного принуждения к миру Наполеон мог добиваться пересмотра границ в пользу польского проекта за счёт российских интересов на западных окраинах.

При этом важно: наполеоновская политика по Польше была прагматичной. Он мог обещать полякам многое, но окончательный объём “восстановления Польши” для него был инструментом торга с Россией, а не самоцелью любой ценой.

4) “Мягкий” вариант: оставить Александра на троне, но связать его обязательствами

Наполеон предпочитал не ломать монархические династии там, где можно добиться послушания договором: ему удобнее иметь легитимного правителя, который подписывает нужные условия, чем управлять гигантской территорией напрямую. Поэтому наиболее реалистичный (и для него желательный) сценарий выглядел так:

• Александр сохраняет престол.

• Россия подписывает мир, возвращается к экономической и политической линии Парижа.

• Наполеон получает свободу рук в Европе.

Это и есть причина, почему разговоры о том, что он якобы шёл “завоёвывать и присоединять” всю Россию, обычно упрощают картину: прямая оккупация и удержание России не были для него рациональным проектом.

5) “Жёсткий” вариант на случай отказа: расчленение периферии и создание зависимых буферов

Если бы Александр не пошёл на мир даже после крупных поражений (что в итоге и произошло), у Наполеона оставались варианты, которые можно назвать планами по изменению будущего России через ослабление её окраин:

• Отторжение/переформатирование западных территорий (в первую очередь в интересах польского проекта).

• Ослабление влияния России в Прибалтике и на направлениях к Центральной Европе через систему союзных Наполеону государств.

• В предельной логике — вынудить Россию отказаться от роли “европейского арбитра” и превратить её в державу, занятую внутренним восстановлением и обороной границ.

Но даже этот “жёсткий” вариант не равен плану полной ликвидации Российской империи: речь скорее о том, чтобы урезать её возможности и поставить в зависимое положение.

6) Почему у Наполеона не было реалистичного плана “управления Россией”

Есть простая причина: расстояния, ресурсы, климат, слабая инфраструктура, а главное — невозможность быстро создать устойчивую администрацию на огромной территории. Наполеон мог удерживать и перестраивать государства в Центральной и Западной Европе, где плотность населения и управляемость были иными. Россия же требовала либо многолетней оккупации колоссальными силами, либо опоры на местную власть — то есть снова возврат к варианту “пусть Александр правит, но по моим правилам”.

Поэтому “планы относительно будущего России” у него в реальности сводились к:

• Контролю над внешней политикой России;

• Экономическому принуждению (через блокаду Британии);

• Геополитическим гарантиям (через польский и буферный факторы).

Итог

Наполеон вынашивал не столько план “перестроить Россию изнутри”, сколько план подчинить её европейскую роль: заставить Россию прекратить самостоятельную игру, вернуть её в Континентальную систему и обеспечить, чтобы она не стала ядром новой антифранцузской коалиции. В качестве главного рычага он рассматривал польский вопрос и возможность перекроить западные рубежи, а идеальным для него исходом было сохранение российской монархии при фактической зависимости её внешней политики от Парижа.