освещенное луной и перекрытое странными тенями, падавшими на него от лохмотьев шапки, от бровей до бороды, это лицо, с судорожно двигавшимся ртом и широко раскрытыми глазами, светившимся каким-то затаенным восторгом, было страшно, жалко и, возбуждая в Лёньке то новое для него чувство, заставляло его отодвигаться от деда подальше.

В этом описании создаётся яркий и тревожный образ лица деда, увиденного глазами мальчика Лёньки. Лунный свет делает черты особенно выразительными — он словно выхватывает их из темноты, усиливая ощущение загадочности и ужаса. Странные тени, падающие от лохмотьев шапки, придают лицу неестественность, будто оно живёт своей жизнью. Судорожные движения рта и широко раскрытые глаза выражают не только внутреннее волнение, но и какую-то болезненную одержимость, «затаённый восторг», который делает деда одновременно жалким и страшным.

Лёнька, наблюдая это, впервые испытывает сложное, противоречивое чувство — смесь страха, жалости и отвращения. Это момент внутреннего взросления мальчика: он начинает видеть в близком человеке не только родного деда, но и нечто чужое, пугающее, непостижимое. Автор через описание лица передаёт психологическое напряжение сцены и глубину переживаний героя.